суббота, 10 мая 2014 г.

The One I Love

Второй фанфик, я поражаюсь сама себе)) Вообще эта идея у меня больше полугода назад появилась, благодаря "Возвращению в Остагар" (атмосферное всё-таки дополнение) и информации из Драговики о том, что у Алистера и Кайлана одна и та же лицевая модель. И вот только сейчас дошли руки до реализации. Хотелось описать не то чтобы события, а мысли моей Амелл, поэтому игровые события немного изменены/детализированы, в угоду моему творческому замыслу))
Может теперь я с могу вернуться к диплому х)

 The One I Love
Фэндом: Dragon Age: Origins
Пэйринг или персонажи: fem!Амелл/Алистер, упоминаются Винн, мабари, Лелиана, Морриган и Огрен
Рейтинг: PG-13
Жанры: Гет, Романтика, Психология, POV
 
В Ферелдене зимы суровы как нигде, об этом я читала, пока сидела в наглухо запечатанной Башне Круга. Но я и не представляла насколько были правдивы эти слова, пока не ощутила первый снег на своей коже во время наших походов. Но ещё холоднее мне стало в Остагаре, куда я, Алистер, Винн и Рекс вернулись, узнав от привратника Кайлана, что на месте королевского анклава сохранились важные политически документы. Да и негоже было оставить погибшего короля без почестей. А ещё мы с Алистером в душе лелеяли надежду найти останки Дункана, чтобы проститься и с ним как полагается…

От заброшенности этого места пробрало до самых костей. Снег, скверна и трупы были тут повсюду. И только благодаря своим спутникам я не плутала в «трёх соснах» заснеженного Остагара. У меня всегда было плохо с ориентацией на местности. И к тому же, я слишком мало времени успела провести в крепости, пока она ещё дышала жизнью.
Мы прошли уже ни через один бой, но я всё равно каждый раз вздрагивала при виде порождений тьмы, которые нарушали мёртвую тишину Остагара своим внезапным появлением. А ещё меня впервые именно здесь пугали трупы, как минимум те, что ещё сохранили знакомые черты. Интендант так и погиб на своём посту, из его груди всё ещё торчали чёрные от скверны стрелы. Обглоданные птицами руки и ноги пленника-дезертира, которого я накормила, когда пришла сюда впервые, пугающе свисали сквозь прутья клетки. У него не было даже шанса на спасение… Рекс печально завыл, когда мы проходили мимо псарни, укрытой сугробом выше человеческого роста. Но даже это не скрыло от нас тела окровавленных псов с разорванными боками и, почерневшими от скверны челюстями, они тоже сражались до последнего вздоха.
Мы все были мрачнее тучи. Потому что Остагар, место, которое было оживлённой боевой базой, одно сражение превратило в кладбище, от которого кровь стыла в жилах. Ни меня, ни Алистера весь путь не покидала мысль, смогли бы мы что-нибудь изменить, оставшись на поле боя? Смогли бы спасти хоть кого-нибудь? Кайлана? Дункана? Собрата по ордену? Или хотя бы просто эльфа-слугу? А ещё я терялась в догадках, почему тэйрн Логэйн оставил солдат без поддержки? Что толкнуло его на предательство собственного зятя? Сына человека, который, как рассказывают легенды и книги, был его лучшим другом?

Письма, найденные в сундуке Кайлана, немного пролили свет на ситуацию, творившуюся в пределах королевского двора, до этих ужасных событий. Король пытался наладить контакт с Орлеем, что естественно не нравилось Логэйну. Но сейчас же иные времена, возможно, всё действительно можно было бы решить миром. Так же сказал и Алистер, но он не обратил внимания на то, что не укрылось от нас с Винн. Императрица Селина, имела явные виды на короля Кайлана, это было понятно по её письму… Неужели в во стольких смертях может быть повинна ревность и отеческая забота?.. Мне не хотелось думать об этом сейчас…

Когда на мосту мы обнаружили распятого Кайлана мне стало плохо не только морально, но и физически. Я видела его вблизи не так уж долго, но он запомнился мне как брызжущий энергией и светом молодой мужчина, уверенный, возможно даже слишком, в собственных силах. Но особенно мне запомнились отблески солнца на его начищенном золотистом доспехе…

Перебив всех порождений тьмы в Крепости, мы схлестнулись в бою с огром, у которого из груди торчали рукояти меча и кинжала, показавшихся мне смутно знакомыми. И только вытащив их из тела убитого монстра и обтерев снегом, мы увидели на эфесе знакомую геральдику. Это было оружие Дункана! Но как мы все ни старались, даже при содействии Рекса, мы не смогли отыскать тело Командора Ферелденских Серых стражей… Видимо, порождения тьмы отнеслись с особой жестокостью не только к его дозорному костру, но и к нему самому. Сглотнув колючий комок в горле, я предпочла не формулировать, даже мысленно, возможные варианты развития событий, один страшнее, противнее, и главное, болезненнее другого.

Алистеру пришлось практически в одиночку снимать тело Кайлана с распорок, пока я и Винн готовили погребальный костёр. И даже обычно неугомонный Рекс сидел на одном месте и грустно подвывал, усугубляя и без того тяжёлую атмосферу мёртвой крепости. Когда Винн и Алистер направились на поиски хоть какой-нибудь ткани, чтобы обернуть тело короля, я стирала кровь с его лица и тела, и только сейчас осознала, как в действительности была слепа при первой встрече с ним! Я знала, что он был единокровным братом Алистера. Он рассказал мне об этом в Редклифе, ещё до того как мы сблизились настолько, что я уже не могла себя помыслить без него. Сейчас я смотрела на практически точную копию лица своего любимого мужчины. Да, Кайлан был мёртв, его лицо было серым, ледяным и искажённым болью испытанной при гибели. Но его черты, они все остались при нём. Теперь я понимала, что это фамильные черты, доставшиеся ему и Алистеру от отца – Короля Мэрика Освободителя, о котором нам с таким упоением рассказывали на занятиях по истории Ферелдена в Круге. А ещё теперь я знала, что я не хочу снова увидеть это лицо, отмеченное печатью смерти. И сделаю всё, чтобы этого не случилось…

И когда Морриган предложила провести ритуал, дающий возможность выжить в битве с Архидемоном я ухватилась за эту возможность как утопающий за соломинку. Потому что я прекрасно знала, что если дойдёт до открытого столкновения с этим чудовищем, Алистер не отступится, как бы я его не умоляла. В этом смысле он очень упрям. И в этой ситуации наша любовь только больше всё усугубляет. Он пожертвует жизнью лишь бы жила я, и я ради него сделаю то же самое. Ведь в бою мы всегда рядом. Постоянно прикрывали друг другу спины. Уже в лагере я перевязывала ему раны, а он рассказывал о мирной жизни Стражей. И засыпая в его объятиях, я видела один и тот же кошмар, в котором я подготавливала Алистера, а не Кайлана к погребальному костру. Просыпаясь со слезами на глазах, и наблюдая за спящим рядом мужчиной, я каждое утро клялась, что ни за что не допущу превращения страшного кошмара в ещё более ужасающую реальность.
И именно поэтому я практически без колебаний согласилась на предложение Морриган. Не смотря на то, что взгляды у нас различались, мы с ней сдружились, и я верила ей. Верила, в то, что ритуал сработает, и в то, что Морриган не стремится к чему-то ужасному, хотя вероятное могущество её будущего ребёнка настораживало. Но все сомнения затмевало моё безоговорочное доверие к ней и желание не дать погибнуть тому человеку, который стал смыслом моей жизни.
Пока я ждала завершения ритуала, у меня не было и тени сомнения в принятом решении. Конечно, моё сердце дрогнуло, когда я увидела боль, сомнение и страх в глазах Алистера… Но я не отступилась. Он вернулся в комнату измождённым и печальным, когда огонь в камине почти догорел. Я без слов обняла его, и до самого утра мы не отпускали друг друга. Забывшись тревожным сном так и не разомкнув объятий.

Когда израненный всевозможными видами оружия Архидемон без сил рухнул на крышу, я выдернула меч из близлежащего трупа порождения тьмы и направилась к этому монстру, чтобы покончить со всем этим, пока все ещё не пришли в себя после изнурительного сражения. Но Алистер всё же нагнал меня у самой головы монстра, и потребовал меч. Всё происходило так, как я и предполагала. Я верила Морриган, но всё равно не могла подавить затаившиеся в глубине души опасения о том, что ритуал не сработает. Поэтому и хотела всё сделать сама. Так твёрдо и решительно я ещё никому не отказывала. Но моего мужчину тоже простаком не назовёшь, поэтому он взялся за длинную рукоять тяжёлого меча, который я с трудом удерживала, улыбнулся и предложил сделать это вместе. Архидемон затрепыхался, поэтому времени на дальнейшие препирательства не осталось, и я коротко кивнула. В следующий миг, мы подняли меч и со всей силы вонзили в голову чудовища.

Всё затопил свет. Я чувствовала, как вибрирует меч в моих руках, и как неведомой силы энергия проходит сквозь моё тело, устремляясь куда-то ввысь. А потом был оглушающий взрыв, и меня поглотила беспросветная тьма.
- Элль, Элль! Во имя Создателя, очнись! – сквозь пелену тени я различила голос и с трудом смогла разлепить веки, всё ещё не совсем осознавая то, что я всё ещё в мире живых. Моему взору предстала взволнованная Лелиана, вся в крови, волосы спутаны. Но глаза так и светятся радостью. – Ты жива!
Теперь и до меня дошла эта радостная новость. Которую тут же затмила другая:
- Алистер! Как он?
- Кажется, странное колдовство этой ведьмы сработало, - прокряхтел знакомый и любимый голос рядом. Повернув голову я увидела, как не менее радостный чем Лелиана, Огрен, подводит к нам, Алистера, который опирается на него. Одной рукой гном придерживал боевого товарища, а в другой тряс флягой с очевидным содержимым. И ведь умудрился взять выпивку даже в последний, как он сам говорил, бой! Но именно это позволило мне понять окончательно – мы победили. Архидемон мёртв. Мор остановлен. Реальные и внутренние кошмары отступили.
Алистер и я исполнили свой долг.

Комментариев нет:

Отправить комментарий