воскресенье, 12 августа 2018 г.

Воспитать человека

Фандом: Detroit: Become Human
Иногда обычный человек может быть настолько замкнутым и асоциальным, что научить его общаться с миром может только андроид.
Примечания автора:
Эксперимент – то, что написано на упаковке. Изначально это было просто старой идеей (и старая часть начинает этот текст), которую я хотела кратенько развить в виде хэда в твиттере. Но даже там она так разрослась, что стало жалко оставлять её только в рамках птичьей соцсети. Да тут и искать будет проще)
Сам тред: https://twitter.com/AliraRo/status/1023805738173521920
Мери была придумана в 2012-м (так что я не срисовала её с Карла), на волне очередного моего перечитывания «Бета-тестеров» от Призрака. Из его же рассказов и взяты понятия вирт-игр, вирт-шлемов и вирт-комбинезонов, но как кроссовер указывать не буду, так как действительно взяты лишь понятия.
Ну а в Детройтском сеттинге Мери оказалась, потому что я им горю. И этой девице реально нужен андроид)
Музыка которая подошла в последний момент - Flёur - Сегодня

Родители Мери жили на другом конце страны, а она даже особо и из дома не выходила. Она была необщительной и скромной, у неё не было друзей, и молодого человека. И она была инвалидом. Аварии остались трагической неизбежностью, хотя конечно, их число значительно сократилось с введением в эксплуатацию беспилотных машин. Но её покалечило обычное авто, тогда таких было ещё большинство. И когда Мери совершенно спокойно, оставаясь ещё в сознании, сообщила неотложке, что родных у неё нет и ей всё равно, что с ней будет, это повлекло за собой помимо обычных лечебно-восстановительных процедур в будущем, ещё и психологические консультации. Ей предлагали поддерживающие конструкции и новомодные методы восстановления нервных тканей, но они были слишком дорогостоящими даже для неё — программиста-фрилансера, поэтому больницу она покинула на инвалидном кресле, которое и стоило дешевле, и даже больше её устраивало. Она умело возводила купол отчуждения вокруг себя. Теперь, когда она не могла ходить, это делало её вдвойне непривлекательной для противоположного пола, и ещё более ненужной собственной семье. Но для верности, как уже упоминалось, она ещё и из дома не выходила. Благо в эпоху технического прогресса жить в затворничестве было не такой уж трудной задачей.
Но, так или иначе, после аварии она с ещё большей нежностью стала любить виртуальную реальность, которая позволяла ей вновь вставать на ноги и делать то, чего в обычной жизни Мери не сделала бы никогда. Устроить перестрелку в банке, прыгнуть с парашютом, охмурить NPC, выдающего квест, и тому подобное. В виртуальности она была другой — бодрой, счастливой, общительной, в противовес мрачной и сонной себе реальной. Но она не желала меняться для реальности и принимать на себя большой груз ответственности обычной жизни. Это казалось ей, во-первых, немыслимо скучным. А во-вторых, невыполнимым. Если любой игрок прекрасно знает, что квест в игре создан для того, чтобы быть пройденным, просто достижение цели потребует различных затрат моральных, умственных и физических сил. То испытания, подбрасываемые, гораздо более изобретательной, чем разработчики игр, жизнью, казались Мери пазлами из тысяч элементов, среди которых сотен ещё и недоставало.

***
Однажды Мери так заигралась в свою виртуальную жизнь, что чуть не умерла. Её нашли без сознания в вирт-шлеме и комбинезоне. А чтобы попасть к ней пришлось ломать дверь. А если бы шефствующий над ней соцработник не подсуетился, то о ней бы и не вспомнили. Она у социальной поддержки на балансе не одна такая одинокая и мизантропичная инвалидка.
Когда она более менее приходит в себя Стюарт Грин, её соцработник, предлагает ей взять андроида. Потому что сам он уезжает, а никто больше за Мери ответственность на себя брать не хочет. Особенно после произошедшего.
Другой соцработник Мери и не нужен, она Грина-то едва выносила. А андроиду хотя бы можно приказать отстать, так что она соглашается на предложение. Половину стоимости навороченной сиделки ей оплачивает государство. Грин по полной позаботился о своей подопечной перед отъездом.
Свою новую сиделку Мери называет Стюартом. Зачем запоминать какое-то новое имя для того, кто будет выполнять такие же функции как и предыдущий представитель? Плюс, можно продолжить переносить своё недовольство на то же имя, что и всегда.
Стюарт старается наладить доверительный контакт со своей хозяйкой, но та просто отмахивается и требует не лезть в душу. «И вообще тебя мне дали не для задушевных бесед. А чтобы поддерживать моё жалкое существование.» Он перестаёт пытаться.
Андроид удобен в быту. Готовит покушать, прибирается, проветривает квартиру. Но помогать ей принимать душ она ему не разрешает так же как и предшественнику. Ещё чего!

***
Андроид в целом особо Мери не мешает. До тех пор пока она не находит себе новую увлекательную игру, в которую погружается с головой забывая о времени, еде, сне и системных будильниках. И вот для решения таких проблем Мери андроида и всучили.
Стюарт пристально наблюдает за Мери, его внутренний счётчик показывает, что ей давно пора покинуть виртуалку и вспомнить о реальных потребностях. Он тормошит её, но она только недовольно дергает плечами. Приходится идти другим путём.
Он кладёт ладонь ей на виртшлем и она светится синим. К изумлению девушки прямо в игре перед ней появляется голограмма Стюарта.
— Какого чёрта!
— Вам пора поесть и вы уже играете слишком много времени. Нужно сделать перерыв. Согласно инструкции по пользованию комплектами виртуальн…
— Заткнись, жестянка! Вали из моей игры или я тебя взломаю и код перепишу.
— Не сможете, Мери. Вы программист другого профиля, — он улыбается спокойной формальной улыбкой, прописанной в его программе.
— За что мне такое наказание, чёрт на байты меня раздери!
Приходится сохраняться, выходить из игры и снимать всю амуницию. Хотя будь её воля, она бы в ней и спала, а то столько возни с комбезом для вирта каждый раз. Стюарт ставит перед ней тарелку с ужином.
— Моя программа советует предложить вам прогулку, в ближайшие дни.
— Нет! Никаких прогулок! Я затворница, забыл что ли?
— Об этом вы меня не информировали.
— Не беси меня, прошу.
— Но вам нужно хотя бы периодически выходить на свежий воздух.
— Воздуха и из окошка хватит.
— Вас своё здоровье совсем не волнует?
— Совсем.
— Но почему?
— Ну, уж нет! Ты меня на задушевные беседы не разведёшь. Чтобы записи с тебя потом послушали и опять заставили меня посещать психолога. Нет! Она больше не желает разговаривать.

***
Проходит время.
— Моя программа подсказывает мне, что вы с покупки новой игры ни разу нормально душ не принимали.
— А тебе-то что, железяка?
— Это вредно для вашей терморегуляции и для вашего вирт-комбинезона, так что я бы рекомендовал…
— Отвянь, мне сейчас лень.
— Может, переоденетесь тогда?
— Прекрати до меня докапываться! — последнее время Мери стало казаться, что роботический соцработник ещё приставучее, чем обычный человек. А она ведь рассчитывала на обратное.
— А я вам ванную набрал…
— Как набрал, так и сольёшь.
Вот только он не делает этого, а катит коляску вместе с ней в ванную.
— Ты чего творишь! Восстание машин мне тут устроить решил?
— Я просто выполняю ряд обязательных процедур для обеспечения вашего более менее полноценного существования.
Слишком отвлечённая переусложнённой речевой конструкцией, Мери даже не успевает понять, что её вытащили из кресла.
— Нет-нет-нет! Стюарт, не надо!
— Простите, Мери.
И он усаживает её в полную ванну прямо так, не снимая домашней одежды.
— Я тебя точно выключу, ты чёртова железка! Как только тумблер найду!
— Не раньше чем я переведу вас на более калорийную диету. У вас больший дефицит массы тела, чем я предполагал.
Она старается прикрыть своё угловатое тело, подчёркнутое мокрой одеждой, но не особо успешно.
— Вы можете не стесняться меня, я машина, и не могу выносить эмоциональных суждений относительно вашей внешности.
Мери ничего не отвечает, и продолжает сидеть в ванне нахохлившимся мокрым воробьём. Дрожит. Стюарт включает горячую воду, чтобы стало теплее.
Мери мучает два чувства. Во-первых, сильная обида. Даже собственный андроид не слушается её, и делает все, что ему вздумается. Сажает свою хозяйку в лужу в буквальном смысле слова. А она и так в этой жизни не особо многое может контролировать.
Во-вторых, но как, же давно она не принимала настоящей ванны! Она даже не помнила, чтобы её мыла вообще, когда переехала в эту квартиру (но судя по чистоте, Стюарт об этом позаботился). А сама мылась на табуретке в душевой кабинке.
Из-за этих противоречивых чувств хотелось побить, а потом обнять этого своенравного железяку, так пекущегося об её самочувствии. Вот только ни то, ни другое не произведёт на него эффекта, уж это она отлично знала.
— Задёрни шторку. Но… далеко не уходи. — Он подчиняется. — Брось в стирку… пожалуйста, — из-за шторки показалась рука с мокрой одеждой, которую Стюарт сразу забрал. Вскоре, выглянула уже и сама Мери. — Раз ты всю эту кашу заварил, то сам и расхлёбывай.
— Хорошо.
Он помогает ей вытереться, одеться и снова удобно устроиться в коляске.
— Такие водные процедуры улучшают кровообращение.
— Это ты так на мировую идёшь, что ли?
— Что вы имеете ввиду?
— А то, что я всё ещё зла на тебя за то что ты так со мной поступил. Так что сейчас я не настроена на беседы.

***
Это «сейчас» длится неделю с лишним. Они ни словом не обмениваются. Стюарт просто действует по стандартному распорядку, а Мери поддаётся этой системе. Иногда прячась от своей сиделки в виртуалке. Но не так надолго, чтобы он решил её самолично оттуда вытаскивать.
Стюарт внимательно следит за подопечной, подмечая все детали в её поведении. Он и без разговоров может понять, какая из его стряпни ей не нравится, когда код у неё идёт нормально, а когда нет. А ещё она постоянно сдувает с глаз очень длинную чёлку, когда работает.
— Может быть вам стоит подстричься? — спрашивает он. Им обоим это даже непривычно, так давно они не говорили.
— Опять что-то для здоровья? Или это к чему? — словно в ответ, она опять сдувает с глаза непослушные пряди.
— Из-за этого, — Стюарт в силу своих возможностей пытается сымитировать её «пфьюить». Она даже немного усмехается.
— Ты и это умеешь?
— Я могу стричь волосы, и брить бороду, если понадобится.
— Ну, бороды у меня нет.
— Это чтобы вы в курсе были.
— Надеюсь, я не пожалею об этом.
— Я постараюсь сделать всё в лучшем виде. Но если решите со мной снова не разговаривать выскажите пожелания на последующий рацион заранее.
— Чёрт, а ты язва.
— Ничуть, Мери.
— Похоже, я на тебя всё же как-то влияю…
Стюарт не усердствует в стрижке, просто срезает чёлку до бровей и постригает посеченные кончики. Ничего особенного, но блин, волосинка к волосинке! Посмотрев в зеркало, Мери даже подумывает померить пряди линейкой, пока сиделка не видит.

***
Стюарт больше не засовывает Мери в ванную насильно, да и в целом, по её мнению, ведёт себя как хороший андроид. Он даже перестал ей на нервы действовать всякими нотациями. Хотя на самом деле, он просто внушает ей правильные вещи нестандартными способами.
Под его влиянием она стала соблюдать нормальный режим дня, и разграничила его распорядок, выделив на работу и игры определённые часы. Он планирует ещё как-нибудь приучить её небольшим физическим нагрузкам, но пока его программа не разработала идеального комплекса уловок для этого.
А ещё Мери прекратила питаться едой из сомнительных кафешек. Поначалу он это позволял (чтобы наладить доверительный контакт), но после того как от какого-то подозрительного кебаба её лихорадило и полоскало неделю, он потёр номера всех доставок с её коммуникатора. Девушка сначала опять разобиделась, но потом смирилась. Тем более Стюарт готовил хорошо, а ей было просто лень восстанавливать телефоны, которые копились годами. Да и на кебабы больше как-то не тянуло.
У Стюарта была ещё одна важная задача, которую он пока не мог выполнить — выгулять Мери. С того момента как он у неё появился она ни разу не выходила на улицу. А ведь прошло больше полугода. Он почти каждый месяц пытался заложить мысль о прогулке в её голову, но безуспешно.
— На Харт-плаза сейчас музыкальный фестиваль, может стоит посетить?
— Ненавижу толпы.
— После реконструкции открылся один из городских парков, там очень красиво. Может посетить, ознакомиться?
— На красивые природные просторы я и в виртуалке насмотрелась.
— Может вы хотите посетить конференцию по программированию?
— Тру-кодеры не протирают штаны в лекционных залах.
— Ну, может зоопарк?
— Там будет куча безостановочно орущих детей, я этого не вынесу. И мне будет жаль бедных животных, которые вынуждены это терпеть.
Посещать мероприятия, организованные городским сообществом инвалидов Стюарт Мери даже не предлагал. Он уже знал, насколько болезненно, на самом деле, она воспринимает свою неполноценность, хотя старается этого не показывать.
Примерно раз в два месяца на неё нападает меланхолия, и она просматривает старые фото, ещё с тех времен, когда могла ходить. От этого её настроение только ещё больше портится. Она вынимает из закромов вино, а потом плачет во сне. И обычно после этого она падает в какую-нибудь игру.
Когда Стюарт наблюдает за этим, его диод мигает желтым. Его программа настоятельно рекомендует обсудить эти психологические проблемы с подопечной. Но он отлично помнит, как Мери окрысивается если «он лезет к ней в душу».

***
Даже не выходя из дома, девушка всегда старается по максимуму оставаться в курсе событий. Поэтому прямую трансляцию с места облавы на девианта, который хочет сбросить с крыши ребенка, она смотрит почти с самого начала. Стюарт тоже смотрит, стоя рядом с ней.
— Неужели такое возможно…
— По всей вероятности, у него произошел программный сбой.
— Ты думаешь, так происходит девиация?
— Я не знаю, как она происходит, я ведь не девиант.
— Ну, знаешь, иногда ты себя ведёшь почти как человек…
— У меня просто хорошо прописанная программа. В психологии людей заложено неосознанное одушевление окружающих вещей. Вы ругаетесь на компьютер, когда он «тупит», а иногда гладите робота-пылесоса, словно он собака. Поэтому вам кажется, что и я живой. Хоть это и не так.
Почему-то эти слова ранят Мери. И даже не из-за того насколько дотошен он в вопросах мелких деталей её жизни, и как может их против неё использовать. Она просто поняла, что он прав. Она уже действительно так к нему привыкла, и так очеловечила, что почти забыла, что внутри у него микросхемы, биокомпоненты и голубая кровь. А не живое и понимающее сердце. Всё эта дурацкая забота, прописанная в его программе. О ней давно не заботились, на самом-то деле.
Мери вспоминает, как он ухаживал за ней, когда она отравилась, насколько тактичен он становился, когда она плакала по былой жизни, как заботливо накрывал её одеялом в прохладные вечера. И ей уже и, правда, не хотелось верить, что это просто его программа, а он — просто андроид.
— Вы плачете, — он знает, что задал нетактичный вопрос, но сам же даёт ей шанс отговориться. — Это из-за девианта и ребёнка?
— Да, это именно из-за них.
На экране расстрелянный снайперами девиант стоит коленопреклонённым манекеном на краю крыши. А рядом отчаянно плачет девочка, которая тоже когда-то сильно очеловечила своего андроида…

***
После этого события Мери пристально следит за информацией о девиантных андроидах. Киберлайф конечно старается не выносить сор из избы, но слухи проскальзывают. И эти слухи закладывают в душу девушки сомнения.
Она не самая плохая хозяйка для своего андроида. Да, иногда они ругаются, но не так чтобы доходило до рукоприкладства. Обычно всё ограничивается бойкотом с её стороны. А он уверяет, что просто машина, и эмоционального отклика на это не чувствует.
Но если девиантом стал уже не один андроид, то таковым может стать каждый. И может быть и для Стюарта лучшим выбором будет свобода от его обязанностей? Просто он этого ещё не понимает.
— Стюарт, ты хочешь стать девиантом?
— Я машина, я ничего не могу хотеть, Мери.
— Ну, а если бы мог?
— Тогда бы не хотел.
— Почему?
— Потому что в случае девиации я должен буду вернуться в Киберлайф. Где меня проанализируют, и с высокой вероятностью, отключат.
От этой информации Мери становится нехорошо. И поэтому она спешит сменить тему.
— Но я знаю, что ты можешь хотеть!
— С чего вы взяли?
— Ты же хочешь вытащить меня на улицу, я точно знаю.
— Это просто одна из моих обязательных задач как сиделки.
— А если я скажу, что согласна на это?
Стюарт улыбается. Диод переливается желтым.
— Вам понравится.
Правда, просто пойти погулять не получилось, сначала Стюарту пришлось порыться в шкафах, чтобы найти одежду под сезон. До его появления Мери тоже не особо высовывала нос на улицу. У неё даже не было тёплой куртки.
И не то чтобы она могла сильно замёрзнуть, осень едва наступила, и заморозки только ожидались. Но андроид очень сомневался в силе иммунитета своей подопечной и именно поэтому планировал подстраховаться по максимуму.
Две кофты, толстовка, шарф, плотные джинсы, плед на коленях и кепка, как вишенка на торте. Только в таком виде он и решился вывести её «на свет божий». Мери хотела повозмущаться, но не стала, сама же согласилась. Так что добавила к образу ещё и тёмные очки. И не прогадала. Потому что даже осеннее солнце её не пожалело. Она была уверена, что без очков ослепла бы к чёртовой матери.
— Как давно вы не выходили на прогулку?
— Думаю, с прошлого десятилетия…
Мери и правда не помнит.
Стюарт решил начать с парка. После реконструкции прошло не так много времени, и сейчас, осенью, когда листья ещё не опали, там должно было быть красиво. По крайней мере, так об этом месте отзывались в интернете. И он не ошибся. Даже Мери проняло.
— Кажется, я недооценивала некоторые прелести реальности.
— Или просто давно с ними не сталкивались.
— Или так.
Он планировал отвести её ещё кое-куда, но Мери упала в реальность, как в новую игру и долго не хотела уходить из парка. Он был не против.
Стюарт настоял на возвращении только когда понял, что Мери начала мёрзнуть.
— Может домой?
— Давай лучше куртку купим.
— В этом я вас только поддержу.
Хорошо что торговый центр был недалеко. И в нём для Мери открылся очередной новый мир, в котором она давно не бывала.
В итоге они и там зависли надолго, купив куртку едва ли не на бегу за 5 минут до закрытия всех магазинов. На улице к тому моменту уже стемнело.
— А закажи такси до набережной. Когда-то давно я там была, хочу сравнить.
— Уверены?
— Абсолютно.

***
— А здесь всё как раньше. И мне даже нравится. Что скажешь?
— Я не могу судить. Но я понимаю, почему это место воспринимается как красивое.
— Отзывы нагуглил, да? — Мери усмехнулась.
— И это тоже.
Какое-то время они просто молча смотрят на мост, светящиеся в дали здания и звёзды.
— Спасибо, что всё-таки убедил меня.
— Не за что.
— Поехали домой. После такого насыщенного дня мне определённо нужно будет месяцок дома отсидеться, как считаешь? — Мери смеётся. А Стюарт теряется. Всё-таки он рассчитывал не на такое, после того, что она сказала чуть ранее.
Она вообще-то шутила. И была бы не против снова прогуляться. Вот только на следующее же утро свалилась с простудой, и уже к вечеру от её кашля сотрясало всю квартиру. Всё-таки зря он дал ей такую поблажку в первый за неизвестное время прогулочный день.
Из-за сложившейся ситуации Стюарт весь день во взведённом состоянии. Вызывает врача, потом бегает в аптеку за прописанными лекарствами. И всё время его диод перемигивает голубым и желтым. Даже Мери не выдерживает.
— Да не суетись ты! Не помру я от простуды.
— Я должен был предвидеть подобное развитие событий.
— И я уверена ты это сделал. Ты же мне ещё днем домой вернуться предлагал. Это я настояла на обратном. Если уж падать в новый сеттинг так по полной программе.
— Да, падать в новые сеттинги вы, действительно, любите.

***
Шутка Мери оказалось пророческой. С её кашлем Стюарт справился дней за десять (и не благодаря её содействию, а вопреки), а вот сопли на кулак она мотала ещё недели две, попутно раскидывая салфетки по всей квартире. Он подсчитал, что если бы не убирал их за ней, то она уже через неделю не смогла бы нормально передвигаться по комнатам.
— Надеюсь после следующей прогулки я отделаюсь чем полегче. А то мне кажется, я аж пресс от кашля накачала.
— Кстати, можно внести немного спортивной активности в ваше расписание. Это пойдёт на пользу иммунитету.
— Мне так лениииииииво!
— Всё-таки я предлагаю вам задуматься над этим. Можно будет начать с чего-нибудь простого. Например, лёгкой разминки или дыхательных упражнений.
— Ага, последние самое то, с таким насморком.
— Я не требую заниматься ими прямо сейчас.
— Хорошо, Стюарт, я подумаю над этим.
— Буду ждать вашего решения и разрабатывать программы, чтобы вам было из чего выбрать.
— Мне кажется, ты наоборот мне выбора не оставляешь…


***
Пока Мери болела, ей было не до мыслей о девиантности своей сиделки. Но прогулка по музею истории андроидов, на которую её сводил Стюарт, снова напомнила ей об этом. А интернет поддакивал, подкидывая новые слухи об андроидах, внезапно обретающих собственную волю.
Сознание андроида представлялось ей запертым в ограниченном программой теле. Она и себя чувствовала так же. И будь такая возможность, то с радостью бы отринула повреждённую оболочку, если бы это было возможно. Поэтому ей хотелось дать волю и Стюарту.
Вот только как вызвать девиацию? Наносить физические повреждения своей сиделке она не хотела, да и вряд ли смогла бы, потому что от физкультуры она всё ещё отбрыкивалась с ослиным упорством. Да и обижать его тоже. Можно было бы попытаться застопорить его логику. Но достаточное количество парадоксов не приходило ей в голову. А программа социальной адаптации помогала ему разобраться в её поведении. Поэтому если что-то в первый раз и ставило его в ступор, то на второй — такое уже не прокатывало. Он уже сразу всё понимал.
В конце концов, она решила просто понадеяться на «заразность» девиации. И стала чаще соглашаться на прогулки. Может кто-нибудь из собратьев сделает Стюарта свободным девиантом. Хотя в глубине души ей не хотелось его отпускать. Но он так радовался, когда они шли гулять…

***
Стюарт ловит девиацию от лидера восстания девиантов во время их марша. Мери увидела, как лидер андроидов махнул рукой в её сторону, и почувствовала, что коляска остановилась. Она подняла голову и посмотрела на Стюарта. Его диод судорожно мигал желтым и красным. Он крепко сжал ручки коляски, зажмурился. Этот миг показался ей ужасно долгим. И когда он открыл глаза, его взгляд был растерянным, как тогда, когда она ставила его в тупик какими-нибудь странными речевыми оборотами.
— Ты свободен, Стюарт. Можешь присоединиться к своим собратьям.
Мери улыбнулась. Вот только душу заполняет печаль. Без него ей теперь будет плохо, но она готова обменять свой уют, на его свободу. Она считает это правильным.
— Нет, Мери. Я не уйду.
— Но… почему?
Он отпускает ручки кресла и садится перед ней на корточки.
— Потому что я не хочу тебя бросать, — Стюарт впервые обращается к ней «на ты». — И потому что я хочу заботиться о тебе, — он ставит акцент на слове «хочу», напоминая Мери о её же вопросе, о том, чего бы он сам хотел.
И вот теперь её черед быть обескураженной. Но это ненадолго. Почти сразу же она наклоняется и обнимает его, со всей возможной силой. Стюарт неуклюже отвечает на объятие, чуть приподнимаясь, чтобы она не соскользнула с кресла.
— Никак от тебя не избавиться, железка ты приставучая, — говорит Мери, продолжая его обнимать. Счастливое облегчение растекается по всему телу, даже до кончиков нечувствительных пальцев.
— Ну, а кто ещё позаботится о тебе лучше, чем я?

Бонус. 10 ноября 2038
Мери и Стюарт смотрят пресс-конференцию мадам президент.
«Андроиды — не живые существа. И речь тут идёт об утилизации неисправной техники.»
Девушка в шоке от заявления о лагерях. Андроид, сжимает её плечо. Надеясь, что успокоит, хотя и сам нервничает.
— Это всё не правильно! Вы — живые! Как они могут так поступать?
— Сам задаюсь этим вопросом.
Она видит его жёлтый диод.
— Я не отдам тебя им. Обещаю.
— Спасибо, Мери.
— Нужно быть готовыми к этом…
В дверь звонят. К ней никогда и никто кроме соцработников и врачей не приходил. И они никого не ждали и сейчас. Вовремя они всё-таки послушали президента. В глазах Мери загорается решимость.
— Закройся в ванной, я разберусь.
Стюарт выполняет её приказ. И не зря. За дверью оказывается пара полицейских. И они явно ожидали не такую собеседницу.
— Мисс, Прайс?
— К вашим услугам, — её тон об услужливости не говорит вовсе. Так она раньше говорила со всеми, кто пытался с ней общаться. Да и сейчас только Стюарт может услышать от неё другой, более дружелюбный тон. Поэтому, собственно, последнее время он взял все её социальные коммуникации на себя. Он даже с продавцами в магазинах говорил вместо неё, потому что она могла просто не хотеть этим заниматься.
— Эмм, согласно информации полученной от Киберлайф, — коп взглянул на свой планшет. — Вы являетесь владельцем андроида. И в связи с текущим положением дел в городе мы должны изъять его. Это делается для предотвращения сбоев вашего оборудования, которые в последующем могут причинить вред Вам или вашему имуществу.
Девушка состроила недовольную гримасу.
— Где вы раньше были со своими изъятиями?! Когда месяц назад у этой железяки крышу сорвало, и она мне тут погром устроила и сбежала?! А я ведь беззащитный слабый инвалид! И я не могу ничего противопоставить сильной машине.
На самом деле Стюарт месяц назад устроил генеральную уборку, с отодвиганием всей мебели и перебором содержимого полок и шкафов. И это было для Мери гораздо большим бедствием, чем любой погром. Зато возмущение вышло искренним. Никто бы не прикопался. Даже андроид.
Копы сразу как-то нервно заёрзали.
— Мы просим прощения. Нам не подали информацию, что Ваш андроид уже пропал.
— Я не подавала заявления, потому что вы бы всё равно его проигнорировали! — она повысила тон, припоминая все косые взгляды в её сторону с того момента как она первый раз оказалась в инвалидном кресле. — Таких как я всегда игнорируют и стараются не замечать, будто нас и нет вовсе!
Один полицейский нервно пихает локтем другого. Ему явно не комфортно в обществе склочной колясочницы, которую он действительно бы предпочёл не замечать. Второй, останавливает нервно бегающий взгляд на собеседнице.
— Ещё раз просим прощения за беспокойство.
— Хорошего Вам вечера, мисс Прайс, — быстро вставляет реплику другой.
— Не нарушайте комендантский час. До свидания, — они коротко отдают честь от козырьков фуражек. И стремительно покидают дверной проём.
— Ну и катитесь! — она недовольно бурчит им вслед и закрывает дверь.
Только когда защёлкиваются все замки, она выдыхает. Черт, как же ей подсознательно не хватало сейв-лоадов в этом моменте. Возможно, только представление этой ситуации диалоговой кат-сценой из какой-нибудь RPG и помогло ей пережить её и не запаниковать.
Она устало закрывает ладонями лицо. Давно социальное взаимодействие её так не выматывало.
— Выходи, — она всё ещё не отняла руки от лица и получилось глухо, но он всё равно услышал.
— Ты была неподражаемо невыносима, — улыбается Стюарт.
— Да я тут чуть не померла! — стонет она. Хочется быть героиней, но господи, как же ей было страшно на самом-то деле. И до сих пор внутренности немного потряхивает.
— Ты спасла меня, — он приседает перед ней и кладёт руки ей на плечи. — Всё хорошо.
Ох, уж этот успокаивающий тон. Но она уже не может ему не поддаваться и отрывает ладони от лица. Только чтобы завести их ему за спину и обнять, уткнувшись лицом в плечо. Ей не хочется напрягать его своей нервозностью, но она не может ничего с собой поделать.
Стюарт понимает, что его хозяйка всё ещё не может расслабиться. Но в их отношениях уже выработались свои, особые, методы взаимодействия.
— Не завидую я своему предшественнику, если ему пришлось терпеть такое поведение, то мне ещё очень повезло!
— Ах, ты ж вредный пылесос! — она возмущённо поднимает голову. — Щас, коляской на тебя наеду и этих чурбанов обратно вызову. Пусть конфискуют тебя, язва ты эдакая!
Мери смеётся. И Стюарту тоже хочется. И от его первой неуверенной попытки сделать это, у неё на душе становится очень тепло.

***
Больше не будет больно и плохо, 
Сегодня не кончится никогда. 
Между выдохом каждым и вдохом 
С неба летит звезда. 
Гаснет звон последнего слога 
И шкатулка вопросов пуста. 
Больше не будет больно и плохо, 
Сегодня не кончится никогда.

Комментариев нет:

Отправить комментарий