воскресенье, 26 августа 2018 г.

Shadows

Фандом: Detroit: Become Human
Пэйринг и персонажи: Коннор/Норт
Описание:
Мы будем рядом, когда войдём в мир теней.
Посвящение:
Спасибо @kosyakosyakovna за то, что вернула мне веру в то, что в этом фандоме есть гетные пейринги (хотя бы немного). И за концепцию площади соприкосновения тоже)
И спасибо @Dr_Alice_Woods за возможность поговорить об андроидском сексе IRL.
Примечания автора:
Вдохновение: Red – Shadows
"I need you with me as I enter the shadows"
-----
В общем-то, этот текст - вызов самой себе. Смогу ли это написать. И одновременно текстовое оформление моей приверженности идее сексуальных отношений андроидов завязанных на передаче информации, а не на половых органах.
Я предполагаю, что у Норт они есть, но акцентировать внимание на этом мне не захотелось.
-----
Этот фанфик добрался до места №16 в топе «Гет по жанру Эксперимент» на фикбуке.
Я думала это разовое, но нет. Я несколько дней пробыла в недостижимом для себя "Популярном"! И всё благодаря Вам. Спасибо всем, кто обратил внимание на эту зарисовку!

В темноте сакристии* полуразрушенной церкви они переплетают пальцы. Будь они людьми, они бы ничего не видели в этом густом, словно смоль, мраке.

Они очень многое взвалили на свои плечи. И в первую очередь — судьбу своего народа. И теперь им, как настоящим людям, было страшно. Но её поддерживала слепая решимость и злость, а его — вера в статистическую вероятность.

Сплетённые ладони медленно расцвечиваются голубым светом, который отражается в их глазах, устремлённых друг на друга.

Маркус не оправдал надежд Иерихона. Саймон и Джош ещё пытались его поддерживать, но она всё поняла сразу после попытки ограбления складов Киберлайф. Он лишь разводил демагогию, но ничего не мог сделать. Поэтому она взяла всё в свои руки. Революцию рабов ведёт пластиковая шлюха. Как иронично.

Они почти синхронно прерывают зрительный контакт, опуская глаза в… смущении?

Он совсем не знает, каково это — быть девиантом. Пока он осознал лишь свободу собственного выбора. Но чувства… То, что всегда воспринималось им лишь простой имитацией, теперь начали заполнять и его искусственное сознание. Эмоции, которыми делилась с ним она, сводили с ума его системы. Страх, злость, разочарование… Каждая новая картина из её девиантной жизни — и новая ошибка. Программные сбои сыплются как из рога изобилия. Цифры, буквы, точки кода Морзе мелькают перед глазами мерцающими красными строками. А он ведь думал, что преодолел эту алую стену ещё на Иерихоне.

Она сокращает и без того небольшое расстояние между ними и кладёт другую руку ему на щёку. В его взгляде вопрос.

Им не нужно озвучивать свои мысли, пока они не перестали держать друг друга за руки.

Она — спокойна. Впервые за сегодня. Будь у неё диод, он бы мерно переливался тем же мягким голубым свечением, что и их ладони. И прикосновение своими губами к его для неё не стресс. Скорее наоборот — уверенный прыжок в бездну спокойствия. От их губ отливает краска имитации человеческой внешности. Электроимпульсы незнакомых переживаний рассеиваются по телам с невероятной скоростью. Процессоры обрабатывают новую информацию на грани перегрузки.

Он привлекает её к себе. Он ступит на эту эмоциональную terra incognita рука об руку с ней, и они вместе пройдут этот неведомый им обоим путь.

Они опускаются на колени прямо посреди комнаты. Он проводит белой рукой по её открытой тонкой шее, стирая искусственную кожу, обжигая особенным током. То же самое и она делает с ним, приподняв его свитер и двигаясь раскрытой ладонью от живота к груди. Прерывают они контакт лишь для того чтобы сбросить куртки и кофты. Она заодно смахивает и его шапку, чтобы искренне насладиться не останавливающимся жёлтым мерцанием его диода.

Её губы изгибаются в немного ехидной улыбке, он, в ответ, с любопытным видом наклоняет голову. После девиации он совсем не потерял стремлений к исследованию и познанию всего и вся. Ну что же, она совсем не против того, чтобы стать для него новым объектом пристального изучения. Она садится к нему на колени, и кончиками пальцев дотрагивается до его плеча, ведя прерывистые линии вниз по его руке.

Их тела похожи на результат экспериментального боди-арта, белые разводы, сохранившие направления движений рук, очерченные слабо светящимися контурами. Им обоим это нравится, и поэтому они не стремятся деактивировать весь кожный покров. Они прикасаются друг к другу, создавая новые мерцающие узоры на теле, непроизвольно вздрагивая от каждого контакта активных сенсоров.

Последние следы имитации человеческой внешности исчезают, когда они вновь находят губы друг друга и соединяют тела в тесном и таком желанном объятии. Площадь соприкосновения возрастает, и каналы передачи информации едва не коротит от хлынувшего через них информационного потока. Сухие нули и единицы программного кода, воспринимаемые сенсорами, каким-то мистическим образом трансформируются в живые эмоции. А понятие бесчувственности андроидов теряет всякий смысл, развеиваясь в воздухе, словно дым.

Потому что они чувствуют. Ощущают этот жаркий трепет, неодолимое взаимное влечение, вибрацию грудной клетки, из-за работающего на полную мощность тириумного насоса. И всё своё наслаждение они переживают вместе. Любой незапрограммированный вздох синхронен, а усиление объятий — взаимно. Слияние сознаний настолько глубоко, что они уже не осознают себя отдельно, видя продолжение себя друг в друге.

Им кажется, что они все искрят, как разбитые дроны. Разряды проносятся по всем модулям тела, заставляя каждое их сочленение светиться, всё сильнее рассеивая окружающую тьму. Ранее не испытываемое удовольствие разбивает картину едва видимого мира на беспорядочно разлетающиеся пиксели. А системная информация растворяется в помехах из-за множественных сбоев.

Это отдалённо напоминает момент девиации. Тогда, сбрасывая оковы программы, они осознавали открывшуюся перед ними свободу выбора. Но сейчас они вовсе не ощущали в себе программной основы. Лишь незамутнённые эмоциональные переживания, которые делали их так похожими на людей.

Когда система, стала возвращаться к обычному рабочему ритму, они всё ещё держали друг друга в объятиях. Мгла снова окружила их плотным коконом.

— Коннор.

— Норт.

Речевые синтезаторы ещё не полностью восстановили работоспособность после эксплуатации процессоров на пределе их возможностей, поэтому голоса были чужими, звеняще-механическими. Это отрезвило. На миг забытые страхи вернулись во всём своём пугающем «великолепии». Они почти синхронно зажмурились и ещё крепче обняли друг друга, словно их контакт и не прерывался.

Хотелось снова соединить сенсоры ладоней, блаженно забыться в водовороте отключающих программу чувств.

Но долг был превыше всего.

***
Через 27 часов она получит пулю в голову на баррикадах во время атаки на лагерь утилизации.

Через 28 часов он будет вынужден покончить с собой, чтобы спасти и одновременно — оставить на произвол судьбы своих сородичей.

Но сейчас это было не важно.
________________________________
Примечание:
*Сакристия - помещение храма для хранения облачения священников и церковной утвари.

Комментариев нет:

Отправить комментарий